|
    Прочтений: 0 Посещений: 323 Дата публикации: 26.1.2025 Я перестал писать быстрые стихи. Похоже, что Муза спряталась от меня, таким образом мне пришлось ее выманивать. Более полгода, я писал этот стих. Он приносил мне хоть какое-то утешение. 1 Говорят, людоеды поселились в Порт-Морсби. Поэтому, хотелось в Новой Гвинее побывать. В СССР, людей, что не ели? - Вот, вопросик. Где же людоеды гуманнее, - можно понять? Подыму я "железный занавес", чтоб поверили, За которым держали людей, - лютовал людоед! Разварачивалась дикая по масштабам трагедия, Под настойчиво внушаемый, идеологический бред. Своих жертв, коммунисты, не выпускали. За попытку убежать – упекали в тюрьму. Даже мысли такой, чтобы не допускали, Нагло врали, приучая, -- к стыду своему. Упрекали, мол: проживаете, на всем готовом. И нет смысла куда-то из Сэсэсэра убегать. Быть за коммунистов погибнуть готовым. И, за коммунистическую идею: жизнь отдать! 2 Мы тогда жили при махровом колониализме. Читали Диккенса и Киплинга, но не могли понять. Нам внушали, что живем в настоящем "социализме". А на мнение всяких буржуев, -- вообще начихать! Школьные карты той поры -- зеленым закрашены, Словно жабьей кожей, покрыт был весь мир. А среди всех "республик" -- Россия всех краше, В розовой раскраске, -- всем странам, кумир! При сложившейся, геополитической раскладке, – Советские вожди, заботились об "особом пути". За рубежом рабство, а у них: колхозные порядки. Лучшей жизни, чем в Советском Союзе, не найти. В СССР утверждали, - это не империя, - и, поэтому; Не вестись на ложные тезисы. Чтоб чужую землю, (Как бы, академические чистоплюи не сетовали), Присовокуплять: "только по желанию", к Кремлю. 3 Помню, когда разсыпались колониальные системы, Эсэсэрия повадилась "освобождать" чужие страны. В Москве решались кардинально такие проблемы: Советники, шпионы и оружия -- целые караваны. СССР, формально, считался, - свободным союзом. Осуществляя скрытую ассимиляцию народов внутри: "Растили" псевдонациональную интеллигенцию в вузах, Что-то похожее, когда-то делали и российские цари. В то же время, когда евреев в Израиль выпускали, В нашей среде появился, некто Кальсон, - стукачок. Сексоты, повсеместно, даже среди детей, внедряли, Преподавая, со школьной скамьи, чекистский урок. Эти стукачки представляли, на этом этапе: Систему. Начинающие чекисты, обучались вести свои дела, Они среди нас, прорабатывали определенные схемы. Их по жизни, чекистская камарилья, с детства вела. 4 Такие провокаторы, любого могли довести до беды. Утверждали, что евреи бегут из-за Пятой графы. Они, выделялись особой наглостью для этой среды; На этом этапе подготовки, их приучали до лафы! Чтоб доносили: что в “тринку” за школой играли. Что курили, что пили, - и какие разговоры ведут. Естественно, тюремной романтикой, нас заражали, В тысяча девятьсот семьдесят... паршивом году! Фильм "Семнадцать мгновений весны", примерно: Стал знаковым для обывательской популяции страны. То, что показывали чекисты: принималось, на веру, Эта, лживая версия, переосмысления итогов войны. С армии, два года, девушки парней не дожидались. Выскокивали замуж. Какая уж с солдатом любовь? – Сколько только парней из-за этого стрелялось? Об этом, ходили легенды, средь солдатских кругов. 5 Поговорим и об обстановке в близком мне Конотопе. Как "Зеленчак" с "Вокзалом", почему-то, дрались? Я пытаюсь понять, с вершины моего возраста, чтобы В этой нелепости, людоедского режима, разобрались. В устойчивом, уголовном угаре, жила тогда страна. Какие-то подонки, в подворотнях, "мелочь трусили". Это была планомерно развязанная на улицах война, В которой, обыватели, целыми поколениями жили. Забывается. Вспоминается больше: как тополиный пух, Заполнял все пространство, над проспектом Мир. Здесь же, витал особенный, провинциальный дух: От Вокзала - и до "Снежинки" и кинотеатра "Мир". А, что чекисты? на которых мир совка держался? Они распределяли, роли обывателей в той стране. Еще со школы, каждый человечек определялся: Он лоялен? И полезным ли станет Системе, вполне? 6 При брежневско-андроповском застылом произволе, Сталинским страхом, пытались на психику давить. Только чекистские упыренки могли себе позволить, Всех благ и даступных должностей в Системе достичь. Из Украины сооружали показательную колонию, Все в ней дишало спертым воздухом ассимиляции. Хоть пережитые голодоморы, осталися в истории, Но выживание нации, превратилось в профанацию. Укранцев расселяли по всей империи, после вузов. На Север отправлялись за "длинными рублями". Сюда же, в Украину, тогда свозили со всего Союза, Весь сброд, кто считал украинцев своими холуями. Парадоксально, это дало и неожиданный эффект, В гибридах, украинская идея, прижилась и стала Той исторической силой, в ответственный момент: Когда украинская нация, с пепела предстала. 7 Время не разрушило (по замыслу) связи поколений. Не был сформирован безнациональный супермен! Не возникало, как расчитывали чекисты, трений, Погиб безнравственный, национальный эксперемент. Ну, а кто стал стукачом, - той самой сволотой? Они превращались в безликую, алчную толпу. Перед этой войною, такие, тренировали школоту, Подготавливали самую жестокую в Европе войну. Пытаясь вернуть Украину в имперское стойло, Им было трудно свое поражение признать. Пытались лишить украинский народ достоинства, И новую версию, людоедского Союза, создать. Им нравилось быть надзирателями в ГУЛАГах, Чтоб опыт богатый, было кому передавать. Жить в лучших домах, и лучших самок трахать, И в ус не дуть, и не о чем никогда не страдать. 8 Людоедство, в примитивной, имперской раскладке, – С дипломом вуза, стукачам сулило счастливую жизнь. Где синекуры, все, они бы получали по разнарядке, Вот на такую, чекистскую власть, они и велись. Украину, начали кроить по советским лекалам, Устроили в ней, себе: гедонический капитализм. В основе которого - красивые бабы и сало! В итоге, возвели: здоровый чекистский экзорцизм. Быдло вспоминало: колбасу по два двадцать. Престижную службу, сержантами, в СА, в Гэдээр. Про службу свою рассказывали, раз: сто двадцать! Свой дембельский альбом показывали, как пример. Потом возмущались: "Прекрасный Союз развалили". Без последнего боя, на милость буржуям сдались. Что пьяный Ельцин с Кравчуком - народ охмурили. Они б, до последнего патрона, с врагами дрались! 9 Я помню, как в парламент, тогда выбирали. Одних коммунистов-чекистов, подымая им дух. Националистов, они во всех грехах упрекали, А особенно, помню, черноволовский "Рух". Чекисты активизировали свои агентурные сети. А это - почти все взрослое население страны. Их мало было: кто за будущее Украины в ответе, - Выступал за свободу, против грядущей войны. Уже тогда ее готовить, чекисты, начинали. Воруя у будущего поколения, ядерную мощь. "Безъядерный статус" перед врагом объявляли. Комедию, в Будапеште, разыграла, эта сволочь. Избрали тупого уголовника-сексота на царство. Они с Украиной расправиться, нагло, решили? Чтоб обеспечить, украинцам, по миру мытарства? Но оказалось, что с похоронами, они поспешили. 10 Не стали украинцы ждать чекистского рая, А вышли на свой новый, исторический Майдан. Почему так случилось? - отчетливо понимаю. Борьба за свободу, требует: и крови, и ран. Все было, как видится теперь мне, не напрасно, На улицах шины горели, было много свинца. Людей было много, и лица их были прекрасны, Когда с "беркутовцами", они дрались до конца. ...Помню, в геологоразведку, в Киеве, поступал: Стукач, Кальсон, пригласил, на свадьбу сестры. Потом, со своими холуями, драку организовал, Чтоб я не смог выбраться из колхозной дыры. Потом меня, по судам, какое-то время, таскали, У меня под глазом светился лиловый фингал, Судью Мухину, по телефону, упрашивали, Чтоб я у тюрягу, на пятнадцать суток, попал. 11 Было, что в детстве, меня и собаками травили! Одна погань, стукачка, отвязала злющего пса. Это -- буллинг, за отца, мне сексоты так мстили. Что в войну, поганые жизни, от рабства спасал. …Я поездил по Советскому Союзу, немало; Став геологом, отметился во многих местах. Литература, краеугольным камнем, ставала, Развивалась во мне, в самых смелых мечтах. Для сексотов, же – их келейное братство, -- Экзистенциа́льно, открывало им по жизни пути, Безнаказанность плодило, богатство и б***ство. Вот поэтому - мне идиалисту продолжали мстить. Они всегда рвались до неограниченной власти, Подлость и ложь стали, чекистским ремеслом, Ну, а таким как я, - они навешивали все напасти, И проблемы - с работой, и женщинами, и с жильем. 12 Чекисты неплохло устроились, - они же сексоты. Мне пришлось, в трудах праведных, хлеб добывать, Не было на то время у меня официальной работы, – Приходилось добывать руками, - на огороде пахать. “Крепкие хозяйственники”, – заняли все ниши, (Они же, сексоты, что представляли эту власть). Судьбы людей, в принципе, в 90-х их не колышут, Они приучали: в колхозах в то время все красть. Строили дом в Конотопе на выделенные средства, На которые села должны были с руин поднимать. Они развели в Конотопском районе, непотребства, Будто на законы, державы, было им наплевать. Дороже сексотам были, похоже, собственные дети, Да дети районных чекистов, которые в их курсе дел. Чтобы за преступления не привлекали к ответу, Они и устроили в Конотопе, чекистский беспредел. 13 ...Война началась с захватов Крыма и Донбасса, Мне тоже пришлось там, в лесах, повоевать, Закончилось "Минском", потом эти "папуасы" - Полезли, чтобы Украину, голыми руками взять. Я выехал в Европу, пережив в селе оккупацию, – Меня сдали сельские россияне, в первый же день, И если бы не быстрая освободительная акция, На мне б росла уже на погосте, любимая сирень. На жизнь мою, было много таких покушений. Я сбился со счету, сколько раз пытались убить. Подставы, доносы и даже несколько отравлений, Меня, чекисты, пытались, хоть как-то порешить. Но, что не убивает - делает нас еще сильнее, Характер в сталь, превращается только так. От всякой закалки, сталь становится прочнее, И это, для продолжения жизни, хороший знак. Эпилог После того, как оккупант обстрелял мое жилище; Из-за калитки - два магазина выпустив по мне. И пули тенькали по домику, и железной крыше, Я решил, больше не задерживаться в такой стране. Уехал в спокойную Данию, прихватив стенокардию, Потом случились отравления: тут, и в Германии. В итоге, я в госпитале: обуздывал уже аритмию; Только три операции, улучшили мое состояние. Осталось сделать глазную операцию (катаракта). В Дании знают: как эту недугу лечить, поверьте. Назначена дата, осталось подождать, по факту, Над этим уже работают, в Интеграционном центре. Вот, собственно, и все, - литературные задачи, Я, решил - сумел в поэме о людоедах рассказать. Ну и, конечно же, о жизни своей, как бы в придачу, У меня открылась возможность, откровенно, писать. Нюкёбинг (Фальстер) 23. 06. 2024/ 21. 02. 2026 Берлин (Тегель) 26.01.2025 Ваше мнение: Украинская Баннерная Сеть |
{v_xap_link1} {v_xap_link2}
{v_xap_link3} {v_xap_link4} |
Александр Пышненко - Власть людоедов
|
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Ответственность за содержание произведений несут их авторы. При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore |
Администратор |